«Финансируется по остаточному принципу»: Как спасти психиатрическую помощь в Украине?

Психиатрическая помощь в Украине поставлена на грань существования. Благодаря решениям Минздрава Ульяны Супрун психиатрические больницы страны испытывают острый дефицит финансирования. Ситуация с психиатрическими больницами показывает, как государство отказывается лечить и защищать своих граждан. Это началось при Ульяне Супрун, но не исправилось при трех министрах здравоохранения периода президентства Зеленского.

«Отрасль поставили на грань существования»

С 1 апреля после вступления в силу второго этапа медицинской реформы самый большой удар пришелся на медицинские учреждения, занимающиеся социальными заболеваниями. Среди них — психиатрические больницы. Утвержденный тариф за их услугу — 7406,4 гривен — оказался мал, а лечение пациентов требует времени и расходов. Спустя небольшое время, на конец мая дефицит финансирования психиатрических учреждений в Украине составил почти миллиард — 898 миллионов гривен. Сумму чуть больше — 906,8 миллионов гривен — Национальная служба здоровья Украины выплатила этим профильным учреждениям в августе.

Правительство предложило выход, недавно озвученный министром здравоохранения Максимом Степановым, — внести изменения в Концепцию по развитию психиатрической помощи до 2030 года.

«Создана соответствующая рабочая группа, — рассказал ГолосUA Степанов. — Это рабочая группа, в которую входят наши ведущие специалисты из психиатрической отрасли. Мы хотим внести изменения, чтобы это было реальное реформирование, чтобы у нас больше не было ситуаций, при которых отрасль недополучает десятки миллионов гривен и поставили ее просто на грань существования».

Министр подтвердил, что проблема заложена в тарифе на психиатрическую помощь.

«Мы считаем, что вообще финансирование должно осуществляться по отдельному сценарию по таким социально значимым болезням, как психиатрические заболевания и, например, тот же туберкулез», — подчеркнул Максим Степанов.

Недостаток финансирования привел к тому, что психиатрические больницы и наркодиспансеры вынуждены объединяться. Это приводит к сокращению коек, а в лечении ставка делается на амбулаторную форму. Сокращается и медперсонал. Врач-психиатр высшей категории Владислав Сова недавно был уволен из Киевской городско психиатрической больницы имени И. Павлова.

«В больнице Павлова сокращено порядка 400 сотрудников, — рассказывает он. — Это врачи, психологи, средний и младший медперсонал. Больница недофинансирована процентов на 60 от необходимой суммы финансов для ее более-менее адекватного финансирования. Поувольняли совместителей, четвертьставочников, полуставочников. В 90 % случаев это молодые активные врачи, которые хотят работать, развиваться, но им мало государственной зарплаты, они еще работают в каких-то частных структурах. Уволен весь цвет будущей психиатрии».

Концепция Общегосударственной программы охраны психического здоровья в Украине на период до 2025 года была одобрена украинским правительством в мае 2017 года. Тогда Министерство здравоохранения находилось под руководством Ульяны Супрун.

Концепция принималась с аргументацией, что максимальный груз психических расстройств ложится на плечи наиболее продуктивной группы населения, а доля косвенных потерь на лечение психиатрических расстройств в 2-6 раз превышает прямые расходы на лечение. Также правительство выступило с критикой существования в психиатрии стандартов советского образца: «Доминирование постсоветских принципов управления отраслью ограничивает введение в Украине эффективных моделей финансирования и администрирования услуг в области охраны психического здоровья», — аргумент, с которым трудно спорить. Кроме того, государство заявляло, что «лица с проблемами психического здоровья в основном получают лечение в психиатрических стационарах, возможности амбулаторной помощи используются не в полной мере». Такие подходы привели к тому, что психиатрическая помощь в 2020 году оказалась в плачевном состоянии.

«Западные кураторы Украины, которые также влияют и на вопрос распределения финансирования в нашем государстве, заинтересованы закрыть психбольницы, потому что чем хуже будет в обществе, тем для них лучше, они выполняют именно эту задачу», — говорит экономический и политический эксперт Всеволод Степанюк.

«Пациенты вне поля зрения врачей»

По актуальным данным Минздрава, в 2019 году за психиатрической помощью обратилось около 302 тысяч граждан, и это больше, чем в предыдущем году. В специализированных психиатрических больницах, где лечатся хронические расстройства, около 22 тысяч пациентов. Врач-психиатр Владислав Сова говорит, что эти официальные цифры слишком занижены.

«Умножайте это все спокойно на три, и вы будете иметь приблизительную картину происходящих вещей. Врачи сокращены, помощь не оказывается, огромное количество психиатрических пациентов будут вне поля зрения врачей, — говорит специалист. — Теперь мы добавляем к этому полный развал психоневрологических диспансеров, то есть отсутствие наблюдения за пациентами после выписки из стационара, отслеживание изменения их психического состояния, и получаем то, что мы получили за последний месяц. У нас вдруг, откуда ни возьмись, появилась куча людей с психическими расстройствами, которые минируют, берут заложников, ведут себя неадекватно. Это начало. Страдают не только психиатрические пациенты, но и обычные люди от психиатрических пациентов, которых негде лечить, которых никто не будет отслеживать».

Специфика психиатрии в том, что она лечит социальные болезни, которые требуют длительного наблюдения и лечения, а у пациентов зачастую этих средств нет.

«Основная проблема, что в целом медицинская отрасль финансируется по остаточному принципу, а в самую последнюю очередь психиатрическая помощь, — говорит глава Национальной медицинской палаты Украины Сергей Кравченко. — В украинской психиатрии все перекладывается на карманы и плечи родственников пациента. Государство в данном случае абсолютно самоустранилось. Родственники брошены с этой проблемой один на один».

По мнению экспертов, изменениями концепции развития психиатрии делу не помочь. В то время, как в Министерстве хотят заняться бумажной работой по этому направлению, необходимо просто выполнять закон.

«Я считаю, это абсолютная профанация, пустословие и имитация бурной деятельности, — говорит Сергей Кравченко. — Был бы у нас адекватный министр здравоохранения, он бы знал элементарные вещи, что в нашей стране психиатрическая помощь регламентирована отдельным законом Украины. Точно так же у нас отдельным законом Украины регламентирована деятельность противотуберкулезной службы. В данном случае необходимо просто выполнить действующее законодательство. Это закон Украины про психиатрическую помощь и закон Украины про борьбу с туберкулезом. Они действующие. К этим законам есть подзаконные акты, приказы Министерства здравоохранения и прочее. Если министр хочет что-то реализовать и улучшить состояние дел в психиатрической помощи, то он должен изыскать средства для реализации закона Украины про психиатрическую помощь. Нам не нужны новые концепции. В законе все написано до него».

ГолосUA